Лицемерный патриотизм олигархов

В течение многих лет управления Донбассом олигархическими кланами, имидж трудового края поменялся — с богатого промышленного региона, в котором живет и работает трудолюбивый народ, на депрессивный регион, населенного сплошь алкоголиками и наркоманами, которых не заставишь работать. Первостепенную роль в трансформации имиджа области, создание отрицательного ее облика сыграли Ахметов, Колесников, Тарута и компания. Причем, чем более очернялся образ Донбасса, тем более положительным становился имидж вчерашних бандитов, которые кокетливо заявляли, что о своем первом заработанном миллионе они рассказать не могут – мол, сами понимаете какие были времена, зато все последующие уже миллиарды чисты, как слеза младенца.

Во времена выборов, правда, появлялись слоганы о «трудовом Донбассе», «о тяжелом и благородном труде шахтеров» и т.д., но это для внутреннего, регионального, потребления, а на остальной части незалежной СМИ, подконтрольные олигархам, продолжали свое гнусное лживое мифотворчество о Донбассе и о его людях.

Миф о том, что жители Донбасса по сущности своей ленивые рабы, которые работают только под применением силы, раздуваемое всевозможными олигархическими СМИ, стало клише. И «донецкие» на фоне этого мифа выглядели гениальными менеджерами, которым удалось заставить «туземцев» Донбасса работать.

Разговоры о чрезмерно высокой себестоимости угля на донецких шахтах, их убыточности, давали возможность, а после прихода к власти «регионалов» вообще особо не заморачиваясь — увеличивать государственные дотации угольной отрасли, которая большей своей частью благополучно оседала в карманах того же Ахметова. Мошеннические схемы с добычей угля привели к увеличению количества так называемых «копанок», на которых в нечеловеческих условиях работали тысячи горняков, многие из которых погибали, а ставшим инвалидами социальные обеспечения не были положены, так как добыча угля в «копанках» была незаконной.

Схема была проста – добытый практически рабским трудом шахтера «копанковый» уголь, продавался на легальную шахту по низкой цене, а шахта в свою очередь, выдавая этот уголь за собственный, получала компенсацию от государства, и имела порядка 400 гривен дотаций на тонне нелегально добытого угля. Объем теневого рынка по некоторым данным составлял около 5 млн. тонн в год. Сколько шахтеров погибло и сколько осталось инвалидами при добыче угля в «копанках» — неизвестно. Миллиарды олигархов, которыми они кичатся во всевозможных рейтингах «самых богатых людей» и рассказывают, каким тяжким трудом они заработаны, залиты кровью шахтеров и слезами сирот и вдов.

Поэтому сейчас, когда некоторые из так называемых «донецких» с надрывом в голосе, со слезой, рассказывают, какие они патриоты Донбасса, какие гениальные менеджеры, как помогали людям и региональному хозяйству – хочется напомнить им, как они дружно побежали регистрировать свои компании в Киев после того, как Янукович стал президентом Украины. Все эти «патриоты» перенесли свои головные офисы в Киев, оставив местные бюджеты без денег, собираемые в виде налогов и платежей в фонды, которые отчисляются из многотысячных зарплат сотрудников офисов. Более того, как Ахметов — ФК «Шахтер», так и Колесников ХК «Донбасс» — перерегистрировали в Киеве, что тоже привело к существенным потерям местного бюджета. На тот момент, налоговая нагрузка за год составляла: ФК «Шахтер» — 150 млн. гривен, ХК «Донбасс» -90 млн. гривен.

В 2011 году компания Ахметова ДТЭК вместо того, чтобы, как положено патриотам, развивать отечественное машиностроение, стала закупать китайские комбайны для своих шахт, в очередной раз показывая, что все эти разговоры о патриотизме, о поддержке производителей Донбасса, тем более такой стратегически важной для региона отрасли, как машиностроение – всего лишь пустая болтовня, очередной PR-треп.

А после начала войны на Донбассе все эти «патриоты» окончательно обосновались в Киеве. Продолжают заниматься тем, чему они научились за многие годы — дерибанить то, что еще осталось от украинской экономики и рассказывать о своем «вселенском патриотизме». Потому что ничего другого они делать не умеют.