Две войны Гусмана Сафина

В нынешнем году мы будем праздновать 75-летний юбилей Великой Победы советского народа над нацистской Германией. Но непосредственных участников боевых действий Великой Отечественной войны в живых, к сожалению, осталось уже очень мало. Преклоняясь перед их подвигом, мы должны торопиться, чтобы успеть поговорить с ветеранами и записать их рассказы о войне. Этот год Глава ДНР объявил Годом Великой Победы. Мы начинаем публиковать цикл материалов о фронтовиках, проживающих в столице Республики.

Школьником рвался на фронт

Заслуженный ветеран войны Гусман Ибрагимович Сафин сейчас живет в Ворошиловском районе Донецка. Но родился он в селе Шама Белярского района Татарстана. В их семье было семеро детей – пять сыновей и две дочки. Все росли закаленными, крепкими и телом, и духом.

Гусман Ибрагимович хорошо помнит первый день войны, 22 июня 1941 года. Когда в тот воскресный день их класс отдыхал в лесу на берегу реки, из села прибежал знакомый мальчишка и взволнованно сообщил, что в полдень по радио будут передавать какое-то важное правительственное сообщение. Все помчались домой и из сообщения наркома Молотова узнали страшную весть о начале войны.

Весь их девятый класс, охваченный единым порывов сражаться с врагом, отправился в райцентр в военкомат. Там Гусман сказал, что хочет служить на флоте. Однако пожилой военный ласково улыбнулся пареньку: «Сначала закончи школу, а потом приходи, мал еще». Расстроенный юноша сильно переживал, что за год немца разобьют, и он не успеет повоевать с ненавистным врагом.

На Ленинградском фронте

Получив через год аттестат, Гусман снова помчался в военкомат. На этот раз его отправили воевать на Балтийский флот. Когда поезд с новобранцами был под городом Тихвином, Сафин впервые ощутил смрадное смертоносное дыхание войны. Эшелон стали поливать огнем из пулеметов два немецких истребителя. Некоторые новобранцы успели добежать до леса и схоронились там, другие падали в придорожный кювет. Когда самолеты улетели, ребята похоронили убитых, подобрали раненых и снова двинулись к месту назначения – под скованный блокадой Ленинград.

Гусман Ибрагимович отмечает, что одну блокаду он пережил под Ленинградом, а сейчас в Донецке переживает уже вторую – со стороны Украины.

Молодого новобранца определили в морскую пехоту Балтфлота. Сначала прибывших бойцов научили стрелять и пользоваться противогазом, поскольку под Ленинградом фашисты часто применяли удушающий газ. Вскоре нашего героя назначили командиром минометного расчета, в который входили командир и заряжающий, которым стал земляк и верный друг Гусмана Иван.

Прибывшие в предместье осажденного города солдаты получили первое, не совсем боевое задание – собирать и уничтожать листовки, которыми гитлеровцы буквально засыпали и Ленинград, и линию его обороны. В них советских людей призывали переходить на их сторону.

Героический Ленинград пытались взять не только германские, но и испанские, итальянские войска. Также на стороне врага в качестве опытных снайперов воевали финны. Но Гусман Ибрагимович отмечает, что союзники Гитлера с юга Европы оказались трусливыми и слабыми солдатами, главным их врагом стал наш русский мороз. Стараясь спастись от него, они закутывались в одеяла и сдавались в плен – поднимали вверх руки, обвязанные теми же одеялами.

Советские же солдаты показывали пример невероятной стойкости духа и физической выносливости. В том числе таким примером служил красноармеец Сафин. Ни ледяная жижа топких болот, ни зимняя стужа, ни голод (солдатам выдавали всего по 500 граммов черного хлеба в сутки), ни шквал снарядов и пуль, ни частые ранения не могли вывести из строя отважного бойца. Он упрямо шел вперед и не задумывался о том, что вместе с другими бойцами вершит великий подвиг.

Три ранения

Вот несколько фактов из его фронтового прошлого. Во время одной из вражеских атак погиб его дорогой друг Иван, а сам Гусман был ранен. Осколок содрал с его спины большой кусок кожи, но такую рану боец считал царапиной. В медсанбате спину обработали йодом, перевязали, и солдат снова отправился на передовую. Только вот своего Ваню похоронить не смог, сделали это другие бойцы. Даже травму глаза и сотрясение мозга средней тяжести, полученные после падения на его голову срезанной осколком огромной сосны, молодой солдат тоже назвал пустячной царапиной.

Но 17 февраля 1943 года после освобождения маленького городка Красный Бор наш герой получил действительно тяжелое ранение, и жизнь его повисла на тоненьком волоске. Вражеская пуля попала в правое плечо, прошла через грудную клетку и, пробив легкое, вышла в паре миллиметров от сердца бойца.

Тяжелораненых сносили к медсанбату, возле которого они, лежа прямо на снегу и истекая кровью, ждали медсестру. Дико уставшая девушка осматривала бойцов и забирала в перегруженную операционную только тех, кто находился на грани жизни и смерти. Другие оставались мучиться и терпеливо ждать. Даже спустя почти 75 лет фронтовик с болью вспоминает об этом: «Тогда я до конца не понимал происходящего, но сейчас осознаю, насколько все было страшно».

Температура у бойца поднялась выше 40 градусов. Его уложили на стол, хирург осмотрел почерневшую руку и произнес ужасный приговор: «Ампутация». Солдат тогда еще и не знал, что означает это слово, и хрипло попросил: «Понятней скажите». – «Руку отрежу, иначе не выживешь», – пояснил врач. Боец отрицательно качнул головой: «Без руки я жить не хочу и резать ее не дам». Доктор тяжело вздохнул, обработал рану, наложил гипс и отправил упрямого юношу в госпиталь, расположенный в Ленинграде, на улице Советской. В палате было 25 тяжелораненых, среди них – и комбат Сафина.

Когда по радио сообщали о воздушной тревоге или артобстреле и предлагали всем укрыться в убежище, бойцы оставались на месте, поскольку даже привстать со своих коек они не могли.

Врачи поражались, как после смертельного ранения боец Сафин умудрился не умереть! Желание жить у него было таким сильным, что смерть попятилась от него и отступила.

В марте лед на Ладоге начал таять, и легендарная «Дорога жизни» стала превращаться в «Дорогу смерти» для ехавших по ней. На одной из предпоследних санитарных машин, преодолевших хрупкий лед, нашего героя вывезли на Большую землю. Победившего реальную смерть бойца направили долечиваться в госпиталь, созданный для резерва на случай вступления в войну союзника немцев Японии. Он находился в Забайкалье.

Новая жизнь в Донбассе

Долечившись там, Гусман получил 2 группу инвалидности и возвратился в родное село. Но вскоре сестра, жившая в городе Сталино (нынешнем Донецке), пригласила его к себе. О далеком Донбассе он хорошо знал, ведь его старший брат Хабиб освобождал шахтерскую столицу от фашистских захватчиков.

В июле 1944 года молодой фронтовик приехал в наш город. Глядя на разрушенные шахты и промышленные предприятия, он понял, что работы здесь непочатый край. Но взяться за дело упорному, умному и энергичному человеку мешала 2 нерабочая группа инвалидности. Однако Гусман выпросил у медкомиссии 3 рабочую группу и начал работать в областном управлении финансов. Получил высшее образование в Киевском университете народного хозяйства и стал высококвалифицированным специалистом. Сослуживцы искренне любили его, а начальство уважало и немного побаивалось, поскольку бывший фронтовик всегда оставался кристально честным и бескомпромиссным к казнокрадам и расхитителям государственной собственности.

1 февраля прошлого года Гусману Ибрагимовичу исполнилось 95 лет! Но он по-прежнему полон энергии. На таких закаленных, как сталь, людях держалась и держится наша Русская земля.

9 мая 2019 года Глава нашей Республики Денис Пушилин вручил заслуженному ветерану Великой Отечественной войны удостоверение почетного гражданина Донецкой Народной Республики.

Сейчас у ветерана есть две мечты – он хочет обязательно побывать в Москве на праздновании 75-летнего юбилея Победы, куда его уже пригласили, а еще проехаться по Крымскому мосту. Верим, что эти его мечты осуществятся, ведь иначе быть не должно.

Галина ПОНОМАРЕВА, газета «Донецк вечерний»