Донбасс оккупируют мелкие пришельцы

Животные и растения кочуют по всему миру, при этом незваные гости часто наносят большой вред местной флоре и фауне. К примеру, каштановая минирующая моль, проникшая в Донбасс с балканского полуострова, ежегодно к середине лета превращает красивые листья донецких каштанов в коричневые лохмотья, а средиземноморская кипарисовая радужная златка, найденная в Донецке в этом году, ставит под угрозу состояние декоративных насаждений туй и можжевельников.

За изменениями флоры и фауны нашего края неустанно следят сотрудники Донецкого ботанического сада. Этой важной сферой деятельности руководит заместитель директора по научной работе Владимир Мартынов – ведущий в ДНР специалист в области систематики, биологии и экологии беспозвоночных животных. Мы попросили его рассказать, чем чревата экспансия чужеродных видов, а также об ископаемых останках древних животных и растений, в которых он тоже хорошо разбирается. Кстати, 17 августа Владимиру Викторовичу исполнится 55 лет. «Вечерка» поздравляет его с красивой датой.

ОТ ЗУБОВ МАМОНТА ДО ПОЗВОНКОВ КИТОВ

– До перехода в ботсад вы 20 лет проработали в Донецком национальном университете. Какими научными исследования там занимались?

– В университете я тоже занимался энтомологией – наукой о насекомых, специализировался по жесткокрылым семейства пластинчатоусых, это одно из крупнейших семейств жесткокрылых в мировой фауне, к которому относятся хорошо известные вредители хрущи. И кандидатскую диссертацию защищал по фауне и экологии пластинчатоусых жуков.

– Вы основатель палеонтологического музея на биофаке ДонНУ. Каким образом формировалась его коллекция?

– Во мне всегда боролись два человека: один хотел изучать геологию и палеонтологию, а другой – насекомых. Поэтому я предложил разработать курс палеонтологии для студентов биологического факультета, так как убежден, что нельзя полноценно изучить современную фауну, зоогеографию и биогеографию, не зная при этом истории формирования фауны. Нельзя объяснить, почему только в Австралии обитают сумчатые, а в Африке таких животных нет, не зная теорию тектоники литосферных плит, нельзя понять особенности распределения современных животных и растений по материкам и так далее.

Когда мы стали разрабатывать новый курс, я начал перетаскивать из дома на факультет свою личную коллекцию ископаемых. 99 % коллекции палеонтологического музея – это мои личные экспонаты. Я собираю их со школьной скамьи – с пятого класса. Все началось с отпечатка растения, который мне показал отец на терриконе донецкой шахты им. Засядько. Также помогали пополнять музей экспонатами коллеги, что-то приходилось покупать или выменивать у других коллекционеров.

В музее собраны ископаемые из Донбасса, Украины, России, Мадагаскара, Китая, Турции, Марокко, США и других стран.

– Что уникальное вам удавалось привозить из своих экспедиций?

– Уникальными я считаю привезенного из Крыма наутилуса мелового периода (головоногого моллюска), кости верблюдов, зубы мамонтов и лесных слонов, а также инклюзы – ископаемые остатки живых организмов, попавших в янтарь.

На берегу Азовского моря, возле поселка Широкино, обнажаются породы четвертичного периода. Там я нашел скелет мамонтенка. К сожалению, он находился в полуразрушенном состоянии, поэтому перевезти его целиком было невозможно. Я смог взять лишь пару зубов. Там же были обнаружены и кости верблюда. А на Керченском полуострове найдено огромное по количеству материалов захоронение тюленей и китов. Позвонки китов найдены и в отвалах карьера возле Амвросиевки.

– В ботсаду, как и в ДонНУ, вы тоже собрали огромную коллекцию, но только уже насекомых-фитофагов. Расскажите о ней.

– В основном это тоже моя коллекция, собранная за 30 лет, но также в нее вошли и коллекции моих коллег. Могу сказать, что коллекция пластинчатоусых жуков у нас самая полная на Украине, а коллекция короедов послужила основой для написания определителя по данной группе и наиболее полно представляет данное семейство.

КОВАРНЫЙ ЭФФЕКТ ЧЕБУРАШКИ

– В ботанический сад вы пришли в 2015 году. Чего успели добиться здесь за эти пять лет? Над чем сейчас работаете с коллегами?

– В университете я занимался биоинвазиями – вторжением на нашу территорию чужеродных видов животных и растений. Этим же направлением продолжаю заниматься и в ботсаду, возглавляю здесь лабораторию проблем биоинвазий и защиты растений.

Скорость биологических инвазий неуклонно растет, это глобальная проблема, во многом она является следствием межконтинентальных перевозок, объемы и скорость которых возрастают, соответственно, увеличивается и возможность проникновения на нашу территорию чужеродных видов. Уже сейчас каждый четвертый вид растения на Донбассе – вселенец. А любое растение – это кормовая база, значит, за ним придут те, кто будет им питаться. Предсказать, к чему это приведет, невозможно.

До войны был случай, когда в Луганске открыли ящик с бананами и обнаружили внутри него двух живых эквадорских лягушек. Представьте, как быстро должен быть доставлен груз, чтобы не погибли такие чувствительные к изменению влажности и температуры животные. Это явление стало уже вполне обычным и получило шутливое название «эффект Чебурашки».

Конечно, не все попадающие к нам экзотические пришельцы выживают в новых условиях, большинство вселенцев погибает, но есть такие, что приживаются. Только за последние пару лет сотрудниками лаборатории найдено больше десятка видов вселенцев, которые успешно акклиматизировались на нашей территории. Большинство из них может стать опасными вредителями лесного и сельского хозяйства.

НАШЕСТВИЕ ВРЕДИТЕЛЕЙ

– Что это за вредители? Какую опасность они представляют?

– Количество вселенцев такое, что не замечать их уже нельзя, они начинают оказывать активное воздействие на окружающую среду – вытеснять местные виды. Мы выделяем наиболее агрессивных, тех, которые формируют многочисленные популяции и со временем могут стать опасными вредителями.

Например, в этом году мы нашли кипарисовую радужную златку, проникшую к нам из Средиземноморья. Она развивается на туях, кипарисах, можжевельниках и других растениях из семейства кипарисовых, которые используются для озеленения Донецка. Если это насекомое сможет акклиматизироваться, то под угрозой окажутся все кипарисовые, использующиеся в декоративных насаждениях Донбасса.

Проникла в наши края и китайская божья коровка «арлекин», которая имеет очень разнообразную окраску. Сейчас она наращивает численность колоссальными темпами. В мире эта божья коровка признана одним из наиболее опасных вселенцев, ее называют «шестиногим крокодилом», она ест все подряд – плоды, насекомых… Уже пять лет мы отслеживаем ее численность на сельскохозяйственных культурах. Она начинает вытеснять наших местных божьих коровок, и если ситуация не изменится, то может стать опасным вредителем винограда и ягодных культур.

Есть виды вредителей, которые уже на подходе к нашей Республике. Например, мраморный клоп из юго-восточной Азии уже зафиксирован в Краснодарском крае и даже в районе города Шахты Ростовской области. Он опасен тем, что может питаться 350 видами растений – плодовыми, садовыми, зерновыми, бобовыми. Надеемся, что нас от него защитят степная зона и резкие перепады температур.

Когда несколько лет назад мы обнаружили проникших к нам цикадок – белую и японскую виноградную, выпустили методические рекомендации о борьбе с этими опаснейшими вредителями, которые раздавали нашим виноградарям.

Совместно с представителями комитета лесного и охотничьего хозяйства мы подготовили методические рекомендации по выявлению ясеневой изумрудной златки. Это опаснейший вредитель ясеня, способный нападать не только на ослабленные, но и на здоровые деревья, неизбежно приводя их к гибели. В США, куда этот вид уже проник, его называют убийцей ясеневых лесов.

Чем раньше удается выявить вредителя, тем эффективнее защитные мероприятия. Когда вид уже акклиматизировался, проявил вредоносность, то, как правило, сделать уже ничего нельзя, по крайней мере, в мире это никому еще не удалось.

Беседовала Виктория Лев, газета «Донецк вечерний»