Мария Марченко: «Зритель – это наше все»

В день открытия нового сезона в МДТ имени М. М. Бровуна свой день рождения отметила одна из ведущих актрис Муздрамы, заслуженная артистка ДНР Мария Марченко. Глядя на нее, трудно поверить, что ей исполнилось 45. Не зря народная мудрость гласит, что в этом возрасте женщина – ягодка опять.

Мария – счастливый человек. У нее сложилась и личная жизнь, и творческая судьба. Прекрасная семья – любящий муж, замечательная талантливая дочь. Прекрасный театр, где она смогла реализоваться как актриса, сыграв массу ярких, разноплановых ролей.

– Мария, вы не подсчитывали, сколько ролей сыграли?

– Нет, я не делаю этого, чтобы не подводить черту. Когда спортсмен бежит, он рано или поздно достигает финиша. Я не хочу финишировать и надеюсь, что впереди у меня творческий забег на длительную марафонскую дистанцию.

– Есть какие-то творческие достижения, которыми вы особо гордитесь?

– Наверное, любая роль – это повод для гордости артиста. Получая возможность воплотить себя в новом образе, я всегда говорю режиссеру: «Большое спасибо».

Но, конечно, одним из самых ярких событий в моей творческой жизни стало получение звания заслуженной артистки Донецкой Народной Республики. Это как раз тот рубеж, когда можно немного остановиться и осознать, что раз такое произошло в моей жизни, то я не зря занимаюсь своим делом и правильно выбрала свой путь в жизни.

Не менее важны для нас, артистов, аплодисменты зрителей. Выходя на поклон, я каждый раз я чувствую энергетику зала и понимаю, что, раз звучат аплодисменты, значит, я сделала что-то, что подарило людям позитив, как-то раскрасило их обыденную жизнь. Зритель – это наше все. Зритель – это целый волшебный мир. Очень трудно играть перед пустым залом. Конечно, это происходит в ходе репетиционного процесса. Но наступает момент, когда зритель и его реакция для нас необходима как воздух для человека, как вода для рыбы. Между зрителем и актером происходит нечто, напоминающее любовь. Ведь, по сути, любовь – это какая-то химия, какие-то энергетические разряды, которыми человек может обменяться со своей второй половинкой.

– Вы одинаково любите работать на всех сценических площадках Муздрамы?

– Да, ведь каждая из них прекрасна. Обожаю малые формы, ведь тогда зритель рядом. Это как тесные объятия. Ты видишь глаза и можешь общаться с каждым из сидящих в зале. Большая форма, спектакли на основной сцене, тоже хороши. Есть где разгуляться. Огромное счастье, что у нас в театре есть столько площадок. Когда ты любишь свою профессию, то любая площадка – это шанс что-то сказать.

– Вы играете персонажей самых разных возрастов, представителей всех социальных слоев.

– Так сложилось, что мне достаются характерные роли. Я не боюсь быть некрасивой на сцене, без макияжа. Такова актерская судьба. И если я и зрители получаем удовольствие от происходящего на сцене, то неважно, в каком я виде. Поэтому в моей творческой судьбе счастливо уживаются и старушки с ведром, и Баба-яга, и царевна Несмеяна. Характерные роли располагают к интересным творческим находкам, поэтому очень люблю их.

– В вашем творческом багаже есть роли, связанные с мистикой. Не боялись их играть?

– Нет. Я не могу сказать, суеверна я или нет. Наверное, 50 на 50. Все в нашей голове, и если мы подпускаем это к себе, то потом что-то плохое и происходит.

Тот же «Лодочник», где я сыграла бабульку с ведром, которую главный герой перевозит через Стикс, это сказка для взрослых с философским началом и многоточием в конце. Когда мы репетировали этот спектакль, то погружались в материал настолько, что ощущали мистику вокруг себя. Но ничего плохого не происходило.

Еще очень люблю «Страсти по Торчалову». Роль в этом спектакле вошла в мою жизнь вскоре после смерти папы. Сначала было трудно погружаться в столь сложный и неоднозначный материал. Но работа над ролью Лизы помогла пережить потерю, поверить, что наши родные не уходят от нас, что они всегда живы. Поэтому роль в «Страстях по Торчалову» я посвятила памяти моего папы.

– В вашей творческой биографии много комедий. Любите играть в них?

– Комедии я очень люблю. Это возможность реализоваться и даже немного похулиганить на сцене. В рамках дозволенного, разумеется. Есть спектакли, которые на театральном сленге мы называем зелеными. То есть на сцене происходит хулиганство, но зритель в зале даже не догадывается об этом. При этом идет интереснейшее взаимодействие между актерами, заряжающее спектакль особой энергетикой. Комедийный спектакль – это всегда позитив, так нужный и актерам, и зрителям.

– В одной из ваших последних работ – «Опера Мафиоза» – вы играете типичную итальянку?

– Каждая страна, безусловно, накладывает на человеческие характеры отпечаток культуры, быта. Но есть немало и общих черт. Да, в начале работы над ролью я смотрела интервью итальянцев, старалась ухватить какие-то нюансы в мимике, в жестах. Ведь у итальянцев целый язык тела. Конечно, воплотить это на сцене можно. Но важнее сделать эти жесты своими, поэтому в «Опере Мафиоза» я пользуюсь своей энергетикой и своим внутренним миром.

– Есть ли какая-то роль, которую вы мечтаете сыграть?

– Конечно. Но говорить, какая именно, не буду, чтобы не сглазить. Могу только немного приоткрыть завесу личной тайны и сказать, что это из русской классики. Надеюсь, что мечта реализуется в стенах нашего театра.

Ольга СТРЕТТА, газета «Донецк вечерний»